Накануне нового заседания Клуба Покровских гениев предоставляю вашему вниманию рассказ Ольги Жогло о предыдущей встрече, до сих пор не опубликованный в еженедельнике.
***
8 мая в Музее Льва Кассиля состоялась очередная встреча Клуба покровских гениев. Как она показала, нынешняя весна стала для энгельсских автором плодотворной и продуктивной – было прочитано много, и нового, и старого. Всё имело свой интерес – если не всегда для широкой читательской аудитории, то хотя бы для самих авторов как важный этап творческого развития и роста.
…Счастливым даром наделена Наталья Новикова. Она творит в нескольких разных жанрах: ироническая, шуточная, философская поэзия, мемуарная проза на стыке с публицистикой, и все её произведения получаются разными, в любой теме она умеет найти неожиданный ракурс, неочевидный вывод, парадоксальное сравнение, резко сменить тональность, настроение, перейти от легкомысленности к пессимизму, от разочарованности – к обретению смысла, от банальной бытовой зарисовки – к глубокому мировоззренческому заключению. Это способность, данная от природы, помноженная на художественное образование и большой опыт в искусстве (Наталья уже довольно давно пишет, а до первому образованию она – художник). Вот и новый её короткий прозаический отрывок – «прозёнок», «прозёныш», как ласково назвала его автор, – начинается как рекламный проспект туристической фирмы, посвящённый Энгельсу, но постепенно вырастает до почти вселенских масштабов, затрагивая тему взаимосуществования, взаимодействия, взаимопроникновения Человека и Природы, Человека и родной Земли…
Наталья Новикова и Владимир Барменков – два самых постоянных и ровных в творческом процессе автора. Они пишут новые произведения с завидной регулярностью, и на каждой встрече Клуба у каждого из них обязательно есть, что почитать. У Владимира Барменкова на этот раз было три новых стихотворения, любезно прочитанных для всех вслух Алексеем Баландиным.
…Насколько Владимир разнообразен в прозе – у него были и драматичные рассказы, и рассказы о животных, и мемуаристика, и исторические миниатюры, настолько же он стал однообразен в поэзии, где у него появилось несколько излюбленных тем, которые он способен «перебирать» бесконечно, иногда переставляя, меняя местами и составляя, как из паззлов, всё новые и новые конструкции на основе одних и тех же мотивов… Творчество акына только со стороны кажется однообразным – для самого акына и для всех, кто с ним «на одной волне», и в кажущемся однообразии есть смысл… А мотивов в сегодняшней поэзии Владимира Барменкова, по большому счёту, только два. Первый: «я устал, мне грустно, больно, плохо, одиноко, не вижу смысла, нет сил, нет желания жить». Мотив второй: «но я хочу надеться, хочу верить, хочу жить полной жизнью, будет же где-то надежда и свет». Всё это преломляется сквозь образы лирики пейзажной – и обычно это самая интересная часть стихотворений, автор наделён образным мышлением и по-настоящему любит, чувствует природу. В природе соответственно тоже всё либо мрачно, безрадостно, темно и беспросветно, утверждая автора в его пессимистичных настроениях, либо – наоборот, всё взывает к жизни, стремится к свету и даёт надежду (а там вообще, как известно, круговорот). Удачно получается, когда автору удаётся добавить мотив борьбы (за счастье, надежду, веру в светлое будущее) – его поэзии очень идёт мужественность, энергичность, даже напористость (соответствующие упрямству, убеждённости и твёрдости характера автора). Но при общем меланхоличном характере стихотворения всё это выглядит иногда странно… В прочитанных 8 мая в Музее Кассиля стихах мотив борьбы как раз был, и недаром Акан Троянский отметил существующее в стихах движение и развитие темы…
У стихотворения, прочитанного Ниной Калашниковой (фото 1), тема одна, самая простая и главная – любовь. Нина Евгеньевна давно нашла свой путь в поэзии (и в прозе) и не изменяет ему. На примере её творческого почерка можно наглядно объяснять, что такое «женская» поэзия. Ни один из авторов Клуба – мужчин – никогда не употребит столько междометий и восклицательных знаков, не будет останавливаться на каждой эмоции и каждом переживании персонажей в процессе общения. В «мужском» мире эмоции и чувства не имеют такой высокой ценности и значимости. Для Нины Калашниковой же именно это и есть главное – то, ради чего она тщательно «просеивает» реальность, то, что бережно собирает, перебирает, сортирует, чему любовно находит место, что лелеет, держит в неприкосновенности и хранит, как святыню, дрожа над каждым драгоценным зёрнышком… Можно сказать, что кто не понимает поэзии Нины Калашниковой, не понимает женской души…
Загадочный участник Клуба покровских гениев, скрывающийся под псевдонимом Геннадий Михайлов (фото 2), запомнился в основном своими шуточными, юмористическими миниатюрами (порой «на грани фола»), но в этот раз неожиданно обратился к гражданской поэзии. И небезуспешно. В прочитанном им стихотворении откровенно публицистического содержания есть и темперамент, и определённая гражданская позиция, и боевой задор… Иногда тот, чьим уделом считали вечное шутовство, на глазах превращается в трибуна и обличителя властителей земных и общественных пороков… А вот каким его больше полюбят будущие читатели… решать читателям.
Иногда чтобы обнаружить новое, нужно обратиться к прошлому. Как сделал Денис Маркелов, который предложил вниманию собратьев по перу свой старый рассказ «Расплата», и это для кого-то стало открытием, а для кого-то – приятным возвращением к «другому» Денису. За последние годы в Денисе Маркелове все привыкли видеть автора то легко-эротической, то почти откровенно порнографической прозы, особо интересующегося вопросами женской, даже девичьей сексуальности, в прочитанном же рассказе – социальная и мировоззренческая драма раннего послереволюционного времени в России с его безбожием и «модой» на глумление над церковными святынями, прошедшая через судьбу главного героя и переломавшая её… И никто в рассказе не раздевался, никто не мучился вопросом: «Как же я буду – голая?!» – оказывается, и без этих типично «маркеловских» штампов автору есть что сказать читателю…
Зоя Елпатова также обратилась к прошлому. Для неё, дочери штурмана Дальней авиации, погибшего при исполнении воинского долга в 1956 году, почти целую жизнь прожившей в энгельсском Лётном городке, его герои и легенды – самое дорогое и близкое, этому она посвящает свои изыскания и публикации. Одну из таких публикаций – в «Новой газете – Энгельс» за 2013 год – Зоя Васильевна решила вспомнить в этот раз. Это был рассказ о Герое Советского Союза полковнике Николае Лацкове… Когда, повзрослев, дочь штурмана Елпатова стала рассматривать фотографии с похорон отца и его боевых товарищей, она обнаружила на фото рядом с гробами и Николая Лацкова. В то время он служил в Энгельсе, был командиром полка 4-го управления ГК НИИ ВВС имени В. П. Чкалова, дислоцировавшегося в Энгельсе. Зоя Васильевна ещё раз напомнила всем об энгельсских страницах в биографии Героя…
Что касается фантастического романа Александра Бурмистрова, над которым он работат в настоящее время и читает на клубе новые главы…
Действие первой части романа проходило в виртуальной реальности, продвигалось оно с явными авторскими усилиями, часто перемежаясь многословными – на страницы – описаниями и объяснениями. В конце первой части герою предоставляется возможность смотреть на людей в реальности, а не через фильтры цифрового мира. Но и он сам, и человек, предоставивший ему это право, – два совершенно разных персонажа – похоже, сходятся в том, что кроме половых органов в живом человеке рассматривать нечего (люди живут в изолированных боксах на одного человека и не знают одежды). По крайней мере, главный герой, получая возможность рассмотреть в реальности женщину, к которой имел некоторые чувства, останавливается именно на разглядывании её половых признаков не первой свежести с приметами увядания – и всё, этого оказывается достаточно, чтобы утратить к ней всякий интерес, полностью вычеркнуть из жизни и памяти.
И вот наконец началась вторая часть романа, в котором герой (и его физическое тело) покидает свой уютный бокс и привычный виртуальный мирок и отправляется в свободное плавание. В буквальном смысле – ему предстоит доплыть до далёкого острова… И как же разительно одномоментно меняется повествование! Разница не только в структуре текста, из которого разом исчезли все занудные описания, разница и в содержании: как будто всё вокруг главного героя засияло яркими красками, заискрилось морскими брызгами, заблагоухало дивными тропическими ароматами. Словно унылую студенистую гусеницу выпустили из серого и заскорузлого кокона в мир пёстрый, солнечный и праздничный яркой, феерящей бабочкой…
От этой резкой перемены чувствуешь вздох облегчения – словно отпустило что-то неприятное, муторное и мутное, уступив место ясному, понятному, простому и внятному. Только вот это не вздох облегчения героя, освободившегося от морока искусственного мира и вдохнувшего полной грудью мира реальной красоты, свободы и естественности, а вздох облегчения автора, который наконец покончил с описаниями чего-то малопонятного для себя, малоизвестного и потому вызывающего подозрения и страх, и с лёгким сердцем перешёл к описаниям привычного и хорошо знакомого: он и в дальнем плавании в реальности бывал, и с девушками общался, конечно, с реальными, а не с «аватарками»… С некоторой грустью понимаешь, что автор так легко пренебрёг (и заставил легко пренебречь своего героя) миром виртуальным только по той причине, что этот мир им, автором, недостаточно изучен и прочувствован, описан поверхностно, с чужих слов и по собственным весьма отрывочным впечатлениям…
Автор, похоже, искренно полагает, что люди живут в виртуальном мире со сниженным эмоциональном фоном, не испытывая сильных потрясений и переживаний, которые он считает привилегией реальной жизни. В виртуальности же можно лишь мечтать о далёких путешествиях и интиме. Так можно думать, если не знать об эйфории настоящего геймера от прохождения «восьмидесятого левела», о болезненной пристрастности, с какой блогер следит за изменением числа своих подписчиков и «лайков» под своими постами, о волнении того сладкого мгновения в жизни «айтишника», когда промт, над которым он бился, месяцами не отрываясь от клавиатуры и монитора, вдруг заработал, об адском напряжении всех нервов и ощущений хакера, который близок к разгадке чужого кода, – с этим не всегда сравнится даже «оргазм десятой степени» по шкале, использующейся в романе!..
И это заблуждение, что цель виртуального мира, то, что ищут в нём пользователи, – копирование реальности: пейзажей, рельефов, запахов, звуков. Копия всегда будет уступать оригиналу, и виртуальному миру это хорошо известно. Но виртуальность способна дать человеку опыт и ощущения, которые он не смог бы пережить в реальности: там можно выбирать эпоху, в которой жить, можно сражаться с драконами, освобождать принцесс из башен, получить сверхсилу и сверхспособности, «заколдовывать» и «расколдовывать» других по своему желанию, можно получить власть над другими, можно менять собственную внешность, возраст, темперамент, характер и привычки, придумывать себе несуществующие достижения или успешно преодолевать самим же собой приписанные себе проблемы… В любой момент можно всё остановить, удалить все аккаунты, как избавиться от прошлой жизни, и начать «с чистого листа»… На то, чтобы пережить всё это в реальности, не хватило бы и нескольких жизней. Лишь одно преимущество реального мира перед виртуальным – его тактильность, но достаточно ли её, чтобы отказаться от всех удивительных возможностей виртуальности?..
Мысль, что реальность всегда оказывается более привлекательной для человека, чем виртуальность, тоже очень спорная. В реальном мире люди редко бывают довольны всем. Точнее – никогда они не удовлетворены ничем на сто процентов. Всегда жена недостаточно стройна и молода, муж недостаточно энергичен и сексуален, еда недостаточно вкусна и полезна, погода недостаточно комфортна… У человека отнимает очень много энергии внутренняя борьба со своим недовольством. В мире, в котором живут герои романа в далёком будущем, всё идеально, всё безупречно настроено под вкусы и запросы каждого человека. Он всегда получает именно то, чего хочет. Его это может не удовлетворить, только если он склонен к экстриму. Но и эту потребность может удовлетворить виртуальный мир – хотя бы в тех же компьютерных играх и симуляторах мотоциклетных гонок, полётов на истребителе, боёв и так далее…
Видимо, чувствуя слабость своей позиции, автор спешит «подстелить соломки» для первого знакомства своего героя с настоящей реальностью, чтобы она не уступила, а выиграла бы у виртуальности. Остров, на который герой прибывает, судя по всему, с райским климатом и растительностью. Погода стоит великолепная. Люди там живут приятные, открытые, гостеприимные, отзывчивые, с хорошими манерами. И первая же встретившаяся ему – девушка в расцвете своего девичества, юная, стройная, с прекрасной фигурой, милым лицом, приятным голосом, неподдельной добротой и заботливостью, к тому же, похоже, с первых минут симпатизирующая герою… И встречаясь с этой прекрасной реальностью, герой, сделав первый в своей жизни глоток натуральной воды, только и может сказать: «Какая она у вас вкусная!..»
В действительности у человека, много лет питавшегося через зонд, «трубочки» специальным питанием (а люди будущего в романе питаются так с рождения, причём уже в течение 500 лет), со временем утратилась бы способность усваивать обычную, «грубую» пищу, и впервые глотнув не фильтрованной, со всей активной микрофлорой воды, герой, в лучшем случае, получил бы серьёзные проблемы с желудочно-кишечным трактом, в худшем это мог бы быть летальный исход. То же касалось бы и любой натуральной еды. Вся естественная среда острова: перепады давления, влажности и температур, активное воздействие прямых солнечных лучей (которого герой не мог ощущать в боксе), микроорганизмы и вирусы, перед которыми герой оказался бы беззащитен, – всё это было бы для него мучительным и, может быть, губительным. Его зрение, воспринимавшее только уровень освещённости и цветность монитора и полностью искусственное освещение бокса, оказалось бы либо не способным воспринимать новую для него среду, либо воспринимало бы её с трудом и большими искажениями. Люди, живущие на острове, без фильтров фотошопа и видеоредакторов, к которым герой был приучен с детства, показались бы ему уродливыми, со множеством физических несовершенств. Да и сами эти люди, ставшие изгоями, отщепенцами, врагами «нового порядка», вытесненными на обочину истории и географии, вынужденные защищать своё право жить жизнью, которой жили всегда и к которой привыкли, были бы недоверчивы и подозрительны ко всему новому, в том числе и к новому человеку. Ведь, по сути, они находятся в состоянии войны со всем остальным миром (пусть и не в «горячей» фазе)…. Счастливое возвращение «в лоно природы», к естественным условиям жизни спустя пятьсот лет вряд ли могло бы состояться – скорее всего, при первом столкновении с жестокостью и недоброжелательностью реальности герой с криком «мама!» (обращение в мире будущего к виртуальному помощнику) стал бы проситься обратно в бокс, к привычной пище, воздуху и условиям для существования…
И всё это немного печально, потому что основное противопоставление романа – противопоставление реальности и виртуальности, в итоге получается малоубедительным. Для того чтобы оно могло убеждать, необходимо, чтобы автор одинаково уверенно чувствовал себя сам и в той, и в другой среде – тогда его выбор будет осознанным, выношенным, имеющим ценность.
Пока же это больше похоже на страх автора перед наступающей на человечество цифровой реальностью, которая воспринимается как что-то изначально враждебное, чуждое, несущее угрозу для человека, малопонятное и сомнительное, на желание найти убежище от того, что пугает, в изоляции «острова», в архаике, поисках «золотого века» и «естественного человека»…
Появление Интернета и цифровой реальности внезапно подарило человеку новую жизнь – виртуальную, но человек до сих пор не придумал, что ему с ней делать (ну, кроме как постить фоточки с пикников и котиков)… И вот об этих-то поискать смысла «цифрового бытия» и хотелось бы узнать мысли лучших наших писателей, а вовсе не о том, что всё неизвестное, ставящее под угрозу привычный прежде уклад и устои, пугает и вызывает недоверие, и лучше уж как-нибудь… «по старинке»…
Акан Троянский появляется не на каждой встрече Клуба, но когда появляется, читает отрывки из своего большого романа в жанре фэнтези «Лента для принцессы», где действие происходит в условно-сказочном, но довольно-таки пугающем Средневековье. Нельзя не отметить богатство фантазии этого произведения, сложную и, насколько можно судить по первому впечатлению, сбалансированную систему персонажей, которых множество – и первого плана, и второстепенных, и эпизодических – и все они наделены отличительными качествами, характерами, способностями…
Но, как отозвался об услышанном в этот раз отрывке Денис Маркелов, в прочитанном отрывке было «слишком много подробностей, и читатель в них тонет». Это замечание не лишено смысла. Из-за обилия этих подробностей и желания показать свою исключительную осведомлённость в узко-специальных вопросах химии, медицины, биологии складывается впечатление, что автор больше всего боится показаться в чём-то недостаточно компетентным. Огромный кусок текста посвящён диалогу героя и героини, из которого мы узнаём, как ведут себя мягкие ткани при глубоких ранениях, каково химическое действие обезболивающих лекарств, в какой позе легче, а в какой труднее вытерпеть сильную физическую боль, и ещё массу интересных в узких кругах подробностей, и всё это только для того, чтобы убедить читателя, что героиня наделена какой-то феноменальной, сверхчеловеческой способностью скрывать свои адские болевые ощущения от окружающих. На самом деле все эти медицинские и околомедицинские детали способны вызвать у читателя/слушателя только приступ дурноты…
Впрочем, замысел у Акана Троянского очень масштабный, размах прямо-таки эпичный, и судить о нём по одному небольшому фрагменту – всё равно что по увиденному одному квадратному сантиметру «Последнего дня Помпеи» Брюллова судить обо всём полотне. Вы недоумеваете, почему большой палец ноги такой несуразно огромный, но в масштабе картины он вполне соразмерен и уместен. Возможно, и многочисленные малопонятные детали в тексте Акана Троянского, которые так раздражают при первом знакомстве, окажутся в дальнейшем необходимы для развития действия и характеров и ещё сыграют свою роль…
Каждый из авторов Клуба покровских гениев идёт в творчестве своим путём. Этот путь не всегда прямой и ровный, но смысл именно в нём, ведь конечная цель – литературное совершенство – должна оставаться вечно недостижимой и вечно манящей… Да не прервётся этот путь!..
Ольга ЖОГЛО
Фото автора.