В истории нашего города есть выдающиеся имена, связанные с Энгельсом не фактом рождения или пребывания, но тем, что у нас волею стечения обстоятельств живут их родные и наследники.
Благодаря усилиям ветерана космодрома «Байконур» автора и исполнителя песен Михаила Суслова мы многое знаем о поэте-фронтовике Фёдоре Сухове. Ещё одно имя – поэта-фронтовика Вячеслава Зайцева – стало известно нам благодаря его живущей в Энгельсе дочери – Нине Синявской-Зайцевой…
Памяти Вячеслава Зайцева 21 ноября была посвящена одна из программ цикла «Имена – на все времена» в Саратовской областной универсальной научной библиотеке – литературно-музыкальная композиция «Милый край берёз несмелых». В программе, которую провёл бессменный ведущий и автор цикла элегантный и деликатный Марат Багров, приняли участие великолепный баритон Сергей Михалёв, всегда проникновенная и бережно относящаяся к поэтическому слову Лолита Завирайко, автор и исполнитель песен Мария Колина, ансамбль «Забытая мелодия», гостьи из Энгельса Ольга Жогло и Надежда Авраменко и, конечно, дочь поэта Нина Синявская.
Самое пристальное внимание на этом поэтическом вечере, конечно, было уделено стихам. Ведь судьба творца лучше всего проявляется в его творениях…
А судьба русского поэта Вячеслава Зайцева была прихотлива. Русский по происхождению, по языку и по духу, большую часть своей жизни он прожил в Азербайджане, в Баку. Родился Вячеслав Петрович 8 февраля 1924 года в Москве, в посёлке Сокол, но волею судьбы, когда ему было всего 12-13 лет, семья переехала в Баку. В этом городе он жил, творил и скончался 9 апреля 1990 года в возрасте 66 лет.
Война вырвала его из привычного круга жизни. Воинская часть, где служил поэт, не брала больших городов, не участвовала в эпохальных сражениях, перевернувших историю человечества, Но с войной он стоял лицом к лицу и успел разглядеть многое, что человеку лучше бы и не видеть. В поэзии Вячеслава Зайцева о войне очень остро ощущается, что собственно смерть в бою от пули, снаряда, бомбы – ещё не самое страшное и тяжёлое для человеческой психики. Страшнее то, что в ежедневный фронтовой быт уже как бы «вписаны» как что-то обыденное, само собой разумеющееся физические муки, страх, необходимость быстро и относительно легко примиряться с муками и смертью людей, даже близких товарищей. И то, что война, входящая в душу человека, – явление не временное, которое можно «отключить» после объявления Дня Победы, – нет, она остаётся с воевавшим навсегда, накладывает свой отпечаток на всю его дальнейшую жизнь, часто продолжает преследовать его друзей, жену, детей, близких многие десятилетия спустя…
О чём грущу, не спрашивай меня.
Я всё ещё, я всё ещё воюю,
Я всё ещё не вышел из огня
И всё ещё над мёртвыми горюю…
Эта обыденность ужаса (и ужас обыденности) войны в стихах Вячеслава Зайцева на тему военных лет чувствуется очень явно и производит сильное впечатление. Вот, например, один из эпизодов его фронтовой биографии: однажды Вячеслав Зайцев стал без вести пропавшим. И не один – в Белоруссии под городом Пинском пропал весь его взвод. И вроде бы эпизод пустяковый – потом-то все нашлись, без больших трагедий и каких-либо последствий, да и само это исчезновение – подумаешь, потеря связи, рассинхронизация действий, небольшое нарушение логистики, как сказали бы сейчас, с кем на войне ни бывает! Но прочтёшь стихотворение поэта об этом случае – и таким чёрным, беспросветным ужасом пахнёт на тебя из прошлого, таким холодным, как осенний лес, отчаянием и невыносимым бессилием непоправимости…
Мы пропали без вести под городом Пинском,
Мы идём целым взводом по росту, по списку,
У солдат – гимнастёрки, у ротного – китель,
Медсестра – в плащ-палатке, наш ангел-хранитель!
В вещмешках драгоценней песка золотого
Автоматная россыпь металла простого,
Мы идём, мы бредём по лесам обожжённым…
Сколько лет мы с войны возвращаемся к жёнам!
Мы идём, мы неслышно кричим временами –
Ни следов, ни теней и ни эха за нами…
Он не снимал военную форму семь с половиной лет, получил на фронте тяжёлую контузию, обморожение ног и пять ранений… Как и всех его ровесников, товарищей по страшной судьбе, война, фронтовые воспоминания не оставляли его всю жизнь. Войну вспоминать он не любил, даже в разговорах с дочерью, но война сама без конца догоняла его – болью от старых ран, снами, полными кошмаров, или поэтическими строчками:
Нет, строчки рождались не сами собою,
Моей фронтовой они стали судьбою,
О первой бомбёжке, о первом санбате,
О плоти живой, прирастающей к вате,
О серой шинели, солдатской шинели,
В которой мы ливни прошли и метели,
Которую жгли и штыками кололи
И где-то зарыли средь чистого поля…
Недаром седыми выходят из боя –
Нет, строчки рождались не сами собою.
Война перепутала жизни и сроки –
И не потому ль эти строки жестоки?
Железом и гарью пропахла страница,
Усну на заре – и опять это снится…
После войны окончил вечернюю среднюю школу и университет, получил профессию юриста, пять лет работал судьёй и ушёл, оттого что, по словам дочери, «понял, что иногда надо судить не тех». Зрелым, состоявшимся человеком Вячеслав Зайцев круто изменил свою жизнь – решил полностью посвятить себя литературному творчеству…
Полностью статью можно прочитать в еженедельнике № 48 от 9 декабря.
Фото автора.